Русская Православная Церковь Московский Патриархат

Официальный сайт

 
 Иркутская епархия 
 История 
 Епархиальное управление 
 Отделы 
 Приходы 


Мониторинг СМИ

Управляющий делами Православной Церкви Казахстана епископ Каскеленский Геннадий: «В обществе озабочены судьбой игумена Софрония»

Владимир Легойда направил А.А. Даниловой соболезнования в связи с безвременной кончиной ее супруга

Москва, 12 сентября. Владимир Легойда направил главному редактору Интернет-издания "Православие и мир" А.А. Даниловой соболезнования в связи с безвременной кончиной ее супруга Анатолия Евгеньевича Данилова.

О современной внешней миссии Русской Православной Церкви

"Второе Крещение Руси". Фильм митрополита Волоколамского Илариона

Татьяна Шишова. Воспитание мальчиков

Православие.ру Будь мужчины всегда такими слабаками, род человеческий давно бы пресекся, ведь на долю мужчин во все времена приходились самые трудные, опасные занятия, самые тяжелые работы. Попробуй повоюй, имея хрупкую, ранимую психику! Или даже поохоться на свирепых зверей, причем без огнестрельного оружия, как делали многие поколения наших предков! А жизнь крестьянина-землепашца? Сколько изнурительной физической работы! Сколько, выражаясь современным языком, стрессов и психотравм!

Максим Лесков. Дым мирового пожара подступает к России

РНЛ (10.07.13) Мировой пожар с новой силой запылал на охваченном природными аномалиями глобусе. Во всех этих событиях при внимательном рассмотрении можно заметить обрывки различных сценариев, пригодных для применения и в России. Турция напомнила о химкинском лесе, Бразилия – о сочинской олимпиаде, Египет – о наших братьях-мусульманах, все чаще забывающих о том, что в русском доме хозяин еще не вымер окончательно.

Алексей Гладков. Кто хочет выкинуть Православие из Европы

Религаре.ру Отношение современных европейских масс-медиа к православной церкви – причем не только в России, но и в Грузии, Сербии, Молдавии, Белоруссии – можно обобщить следующим образом: это неприязнь, граничащая с ненавистью. Конечно, пресловутая политкорректность не дает современным западным журналистам выражаться в стиле девятнадцатого века, когда печать католических и протестантских стран спокойно называла представителей восточной ветви христианства схизматиками. Такого сегодня, конечно, не прочтешь. Используются другие фразы, например: "сила, тормозящая секуляризацию"; "оппоненты реформ", "противники альтернативных стилей жизни".

На космодроме «Плесецк» освящен храм в честь Всех святых

По благословению митрополита Архангельского и Холмогорского Даниила благочинный Мирнинского округа Архангельской епархии протоиерей Артемий Эмке освятил в воинской части 14056 на 43-й площадке космодрома «Плесецк» храм в честь Всех святых.

Священник Александр Дьяченко. «Трудно быть Богом, батюшка»

Православие.ру. Моя юность выпала на 80-е годы прошлого века. Мог ли я тогда представить, что через несколько лет нас накроет наркотический девятый вал, и я буду через день отпевать несчастных мальчишек? - Только в страшном сне. А уж то, что главной темой каждого из дней грядущего XXI века станет тема «продвижения в массы» гомосексуализма? - Вообще немыслимо.

Мария Сараджишвили. Сидящая Анастасия

Вера-Эском. Анастасия при­шла из церкви и увидела мёртвого жениха. Она встала перед ним на колени - с этого момента началась её подвижническая жизнь. Она хотела личным подвигом искупить грех самоубийства любимого человека. Люди, приходившие к ней за помощью, впоследствии назвали её «сидящей Анастасией».

Александр Проханов. «Путин пережил колоссальный шок»

Накануне.ру. Публицист, писатель Александр Проханов провел презентацию своей книги "Поступь русской победы" в Челябинске. Встреча прошла в форме живого общения в Челябинском государственном университете. Проханов поделился с присутствующими своими, по его словам, "хаотичными" мыслями, с которыми он живет. Что за "колоссальный шок" пережил Путин, почему Гитлер победил в 1991, а Россия платит репарации, и почему нынешний президент РФ должен отстоять Сирию, чтобы претендовать на переизбрани

Борис Керженцев. Покушение

Литературная газета (26.06.2013) Объективная логика всей европейской истории последних сотен лет оказывается на стороне именно гомосексуалов и трансвеститов, а не защитников традиционной семьи. Абсурдно и непоследовательно, признавая доктрину «прав человека», отказывать человеку-гомосексуалисту в одном из важнейших прав - строить свою частную и личную жизнь по собственному усмотрению.

Родившийся 23 февраля
«Святая Церковь искренне желает, чтобы в нашем обществе возродилось исконное уважение к воинству, понимание тягот и трудностей, переживаемых армией России".

Иеромонах Иов (Гумеров). К какой Церкви принадлежит община священника Георгия Кочеткова?

Православие.ру (12.02.13) Деятельность отца Георгия Кочеткова ведет к конфликтам и нестроениям потому, что его религиозно-философское мировоззрение чуждо Православию, которое основано на богословии и духовном опыте святых отцов. Практика, которая с каждым годом быстро расширяется, представляет серьезную опасность для Православной Церкви.

УЭК: Регионы не поставили на карту

Газета.ру (12.02.13) Проект по обеспечению граждан универсальными электронными картами слишком затратен, посчитали в Минсвязи. Обязательная раздача карт с 2014 года отменяется: они будут выдаваться только по заявлениям граждан. С 1 января основному инициатору проекта — Сбербанку — поступило 13 тысяч заявлений на выдачу. Но проект может затормозиться из-за регионов: полностью к выдаче карт готовы только пять из них. А сама карта пока ничем не отличается от банковской: расширенный функционал по оплате госуслуг может появиться только в апреле.

Поиск по сайту



Главная / Мониторинг

Дарья Огранович. Хочу быть матушкой

Сайт журнала "Славянка"

Дарья Огранович

Хочу быть матушкой

Святочный рассказ
 

В храме царил полумрак. Молящиеся разошлись. Вечернее богослужение давно закончилось, но еще больше часа стояли исповедники к отцу Дионисию. Наконец и он, прихрамывая на больную ногу, вышел из храма в сопровождении нескольких женщин, жалующихся на свою семейную жизнь. Оставшиеся после всенощной свечки догорели, в теплом густом сумраке мерцали только огоньки лампад. Наталья и две другие уборщицы занялись вечерней уборкой.

«Как же я хочу быть матушкой… Это, наверное, даже не состояние души, это диагноз! – подумала Наташа, смачивая лампадным маслом тряпицу и тщательно натирая подсвечник перед иконой преподобного Сергия Радонежского. – Неделя до Рождества, а настроение совсем не праздничное. Сил стоять на службах и поститься нет. Народу в храме прибавилось и уборки соответственно тоже. Хорошо, что обедаю в семинарской трапезной, учащимся во время поста большое послабление, рыбой кормят почти постоянно. Скоро светиться начнем от фосфора!» Методично обходя определенный ей для уборки правый предел храма, девушка убирала огарки с подсвечников, счищала налипший воск, тщательно и с большой любовью протирала иконы.

Целитель Пантелеимон протягивал в ложке свое лекарство, ласково глядя на Наталью, желая, казалось, избавить ее от всех телесных и душевных недугов. Николай-угодник смотрел строго, призывая хранить душевный мир и бороться с нападками врага рода человеческого. Преподобный Серафим Саровский, склонив голову набок, как будто вздыхал, глядя на невысокую девушку в рабочем синем халате с вечно выбивающимися из-под платка кудряшками.

– Эх ты, горемыка, что печалишься! Христос воскресе, радость моя! – так и слышалось Наталье, когда она подливала масло в зеленую лампаду, подвешенную на темной ажурной цепи перед иконой преподобного.

Уже полгода Наталья жила и работала в большом подмосковном монастыре, при котором было духовное училище, в надежде познакомиться с добродетельным семинаристом и создать настоящую православную семью. Крестилась Наташа в сознательном, можно сказать, взрослом возрасте, будучи уже студенткой. С большим интересом она стала посещать воскресную школу для взрослых и общаться с верующими людьми. Некоторые уроки по Закону Божию вели учащиеся семинарии, ребята очень интересные и одухотворенные. Именно после общения с молодыми преподавателями у Натальи и появилась мысль о том, что она должна стать женой священника.

Ночью она долго не могла уснуть, воображение уносило ее далеко-далеко. Ей виделся сельский храм на холме, вокруг – избы с резными ставенками. Солнце светит ярко, люди спешат в церковь. В храме священник говорит проповедь, старухи и ребятишки внимательно слушают. Сама Наталья с кудрявым младенцем на руках стоит около аналоя в первом ряду и смотрит влюбленными глазами на молодого красивого пастыря – своего мужа!

Предаваясь мечтам, Наталья мало обращала внимание на происходящее вокруг. По инерции слушала лекции в институте, не улавливая их сути. На вопросы родителей отвечала односложно, всё свободное время проводила в церкви или в своей комнате.

В какой-то момент ей стало трудно и неинтересно общаться с молодыми людьми из института, все они казались ей какими-то пошлыми, развращенными и ограниченными. То ли дело семинаристы! Благочестивые, скромные, начитанные. А говорят-то как – мед и елей!

Родители Наташи не были верующими – они были самыми обычными людьми, любили свою единственную дочь и старались дать ей хорошее образование. И вдруг, окончив институт, вместо того, чтобы искать работу, Наташа решила пожить в монастыре. Родители, мягко говоря, сильно удивились, но, будучи людьми интеллигентными, скандал устраивать не стали.

Приехав в монастырь и попросившись на послушание, Наталья поступила в распоряжение матери Евдокии, которая заведовала уборкой храмов. Во время служб она следила за подсвечниками, убирала догоревшие свечки и ставила новые, а после – убирала храм вместе с другими женщинами. Работа занимала несколько часов утром и вечером. После этого пальцы рук еще долго пахли воском.

Иногда, когда в монастыре ожидалось много паломников, Наташу отправляли помогать на кухне и в трапезной. Трапезная – монастырская столовая, теплое и заветное место для всех учащихся семинарий. Когда все собирались, и сотня молодых голосов в едином порыве подхватывала «Отче наш...», звук ударялся о сводчатый потолок и наполнял всё пространство первого этажа. В этот момент многие кухарки, особенно молоденькие, выглядывали из кухни и любовались молодыми людьми в черных семинарских сюртуках и брюках.

Наталье нравилось помогать в столовой, потому что именно здесь легче всего было познакомиться с учащимися. Ежедневно от каждого курса семинарии назначались дежурные по трапезной, которые помогали поварам. Это был хороший повод познакомиться с молодыми людьми в непринужденной обстановке, чистя овощи или накрывая длинные столы.

Наталья была просто очарована учащимися семинарии. Напускная серьезность в сочетании со специфическим, понятным только своим, «православным» чувством юмора и умение размышлять о высоких материях, драя котлы или пол, приводили девушку в восторг. Но, освоившись, Наталья поняла, что не все, конечно, кто здесь учился, были добродетельными и безгрешными. Бывало и так, что «зеленые» первокурсники, которых отцы-священники отправляли учиться пастырскому делу скорее принудительно, чем добровольно, сбегали ночью на местную дискотеку, а потом пробирались впотьмах с черного входа в монастырь, боясь быть застуканными.

Первое время Наташе было трудно стоять на богослужениях и молиться. Непослушные светлые волосы то и дело выбивались из-под платка, а голубые глаза, как их Наталья ни опускала долу, то и дело останавливались то на одной, то на другой статной фигуре семинариста в черных одеждах.

Первым обратил внимание на новую девушку «у подсвечника» прыщавый Георгий, который пел в семинарском хоре. После очередной вечерней службы он нарочито долго собирал богослужебные книги и ноты, перекладывал их с одного места на другое, вытаскивал из них закладки, шуршал страницами. В конце концов, пересилив робость, молодой человек познакомился с Наташей.

Георгий Наталье совсем не понравился, не столько потому, что был не очень привлекательным, столько потому, что не особо интересовался привлекательностью Натальи, а больше интересовался тем, умеет ли она петь на клиросе и читать на церковно-славянском языке. Оказалось, что знание церковных гласов и тропарей может стать настоящим ключом к сердцу мужчины-семинариста, который мечтает после окончания учебы уехать просвещать народ в глухие деревни, где матушка должна руководить церковным хором и обучать пению местных бабушек и детишек. Правда, такие благородные и романтические устремления были присущи семинаристам младших курсов и к концу учебы часто бесследно исчезали.

Петь Наталья не умела, так что знакомство не заладилось. Но это обстоятельство не омрачало ее радужных надежд и чаяний. Первый блин комом!

Складные разговоры на душеспасительные темы, которые время от времени учащиеся семинарии заводили с Натальей, пьянили девушку не меньше, чем хороший кагор, а идиллические картины семейного счастья давали ей силу выполнять послушания, не обращая внимания на нравоучения старших послушниц.

Следующего ухажера Натальи звали Вадим, он был рыжим и лопоухим – но, в общем, ничего. Учился Вадим на последнем курсе и поговаривали, что его дядя высокого духовного звания, чуть ли не епископ, и что этого молодого человека ждет блестящее будущее.

В те дни, когда Вадим прислуживал в алтаре, он всегда по нескольку раз во время богослужения проходил мимо натальиного подсвечника с важно-деловым видом, искоса кидая взгляды на девушку.

Вадим и Наташа стали встречаться. После воскресной службы они гуляли в роще неподалеку от монастыря, собирали осенние листья и любовались прозрачным небом. Прошел месяц. Как-то прогуливаясь с Наташей по берегу речушки, Вадим бережно взял ее за руку и надолго замолчал. Наташа замерла, почувствовав, что сейчас что-то произойдет.

– Дорогая Наталья, мне нужно тебе сказать что-то очень важное, – прервал томящее молчание молодой человек.

«Вот оно! Вот оно то признание в любви, которого так ждет каждая девушка», – промелькнуло в голове у Наташи. Сердечко ее затрепетало, и фантазия начала рисовать радужные картины: она вместе с Вадимом стоит с зажженными свечами перед алтарем, а знакомый владыка дает им напутствие любить и заботиться друг о друге...

            – Дорогая, – дрогнувшим от волнения голосом повторил Вадим, – я собираюсь стать епископом!

            Наталья вздрогнула и замерла, беззвучно глотая слезы обиды и разочарования: епископом-то может стать только монах, а какой из монаха жених!

Как оказалась, Вадим подал прошение на принятие монашеского пострига и Великим постом он должен был стать иноком, а затем – иеромонахом. После этого он планировал поступить на работу в один из отделов Патриархии и уже следующим летом отправиться в долгосрочную заграничную командировку на какой-то приход то ли Норвегии, то ли Швеции.

Наталья сильно переживала случившееся и даже хотела уехать из монастыря. Но через какое-то время она успокоилась, надежда на то, что она непременно найдет свое счастье, вновь поселилась в ее сердце и овладела всеми ее мыслями.

            Вспоминая историю с Вадимом, Наташа протерла стоящий в самом дальнем углу храма подсвечник перед образом Николая Чудотворца и собралась уходить. Неожиданно дверь храма скрипнула, и в проеме появилась высокая и неказистая фигура молодого человека. Мокрые от снега волосы висели сосульками. Сняв со спины большой рюкзак, припозднившийся паломник перекрестился и нерешительно шагнул в глубь храма.

            – Храм закрыт! – неожиданно для себя громко и резко произнесла Наташа.

            – Простите, – смутился молодой человек, – я сейчас уйду. А вы монахиня?

– Нет, – с вызовом ответила Наташа, – у меня здесь жених учится в семинарии, –зачем-то соврала она.

– Ой, извините, а не подскажите, у кого тут можно спросить о ночлеге?

– При входе в монастырь будка со сторожем, спросите там, где найти отца-гостиничного, – уже более миролюбиво ответила Наталья.

            – Спасибо, – ответил молодой человек, и, потоптавшись на месте, вышел из храма.

            На следующий день во время Литургии Наталья увидела вчерашнего гостя, он стоял у входа в храм и сосредоточенно молился. После службы молодой человек подошел к Наташе, потому что никого кроме нее он в монастыре пока не знал.

Никита, так звали молодого человека, рассказал, что приехал из Москвы в обитель, чтобы попроситься в число братии монастыря. Вообще-то он хотел стать отшельником или пустынником, но для этого надо было взять благословение у духовника монастыря – провидца душ, как говорила молва.

До решения удалиться от мирской жизни Никита работал программистом в одной крупной компании, получал приличные деньги и вообще не был обижен судьбой. Как-то ночью, бродя по дебрям интернета и попадая на какие-то непонятные форумы, он наткнулся на размышления одного духовного авторитета о монашеской жизни. Никита начал читать, тема его заинтересовала. На форуме постоянно попадались ссылки на творения святых отцов, и молодой человек решил познакомиться с этими книгами. И после этого он вдруг понял, что всегда верил в Бога, но только не мог это осознать. Красота молитвы и подвиг монашеского пути овладели умом Никиты, он начал много размышлять и, в конце концов, решил бросить мирские дела.

Раздав большую часть последней зарплаты бабушкам у ближайшего храма и бомжам на Курском вокзале, Никита отправился искать успокоения в монастырских стенах, правда, не очень хорошо представляя на практике, что такое иноческая жизнь.

В течение всего дня Никита подходил к Наташе, что-то спрашивал и о чем-то советовался. Наташу это порядком раздражало. Никита был неуклюжим и застенчивым, но по-своему привлекательным. И может, повстречайся он ей в той, другой «мирской» жизни, она бы побеседовала с ним разок-другой на высокие темы или сходила бы в Большой театр. Но сейчас, здесь, в обители, своим присутствием этот назойливый молодой человек распугивал всех потенциальных женихов, а иногда и отвлекал от работы.

Растолковав Никите, где найти келейника старца, у которого можно записаться на духовную беседу с батюшкой, и объяснив, куда ставить свечки «о здравии», а куда «об упокоении», Наталья глубоко вздохнула, полагая, что избавилась от новообращенного брата во Христе хотя бы до следующего дня.

Благодаря дельным советам Наташи Никита попал на беседу к старцу, после которой ходил по двору монастыря какой-то угрюмый и понурый – наверное, ответ духовника обители не удовлетворил чаяний молодого человека.

Последние дни перед праздничной Рождественской службой пролетели быстро. Какой-то предприниматель пожертвовал грузовик елок, оставшихся от новогодних базаров, и матушке Евдокии, Наталье и еще нескольким рабочим было поручено разобраться с этими зарослями – украсить храмы, трапезную и монастырский двор. На праздник в монастырь приезжало много гостей, надо было подготовить всё в доме для паломников и помочь с праздничной трапезой, на приготовление которой, помимо поваров, были задействованы семинаристы и все свободные от других послушаний женщины.

Едва успев переодеться к празднику, Наталья схватила белый платок и побежала в храм к своему подсвечнику. Рождественская служба должна была вот-вот начаться.

В храме было полно народу, было душно, пахучий запах хвои смешивался с терпким ладаном – от всего этого немного кружилась голова, но, вытесняя усталость и сонливость, молящихся охватила всеобщая волна радости чуда Рождения Спасителя.

В середине службы, протиснувшись через пеструю толпу молящихся, к Наталье подошел грустный Никита и, тяжело вздыхая, тихонько встал рядом. Его длинная, немного сутулая фигура время от времени уныло склонялась в ответ на возгласы священников. По всему было видно, что ему тоскливо и чувствует он себя чем-то разочарованным. Отстояв большую часть службы, молодой человек наклонился к Наталье и посетовал, что его отказались взять на послушание в монастырь, благословили вернуться на работу и жениться.

– Что же мне теперь делать? – как-то беспомощно спросил Никита у Натальи. – Как мне быть?

– Послушание превыше всего! – прошептала Наталья, – Делай, что тебе сказали.

– Да не могу я общаться с этими крашеными офисными женщинами, которые думают только о карьере и деньгах! – еще с большим отчаяньем зашептал Никита.

– Не знаю, – ответила Наташа. – Сходи в какой-нибудь храм или на ярмарку православную, там полно хороших девушек с косами до пояса и в юбках до пят.

– Ты не представляешь, какой я стеснительный, ни за что сам не подойду первым к девушке!

– Ну, ты и мастер сочинять! – Наталья уже было начала сердиться, – Целыми днями болтаешь тут без умолку, от дел только отвлекаешь.

– Это я с тобой только такой разговорчивый, потому что…

Никита не успел договорить. Совершая положенное каждение храма, к ним приближалась целая процессия в праздничных одеждах во главе с настоятелем. Остановившись напротив Натальи и Никиты, настоятель несколько раз взмахнул кадилом перед иконой Николая Чудотворца и вдруг произнес, улыбаясь одними глазами и склонив голову в сторону Натальи:

– А вот, Никита, и невеста твоя!

От неожиданности Наталья открыла рот и выдохнула:

– Отец-настоятель, я ж за семинариста замуж хочу, матушкой хочу быть!

– Воли Божьей нет! – ответил настоятель и двинулся дальше по храму.

…Несколько дней Наташа плакала навзрыд, но веселый снежок, яркие звезды на темно-синем небе и радостная святочная пора успокоили девичье сердце. В Крещенский сочельник Наташа и Никита решили, что, может быть, они не случайно встретились в этом святом месте в чудесное время Рождества Христова.

Источник


Возврат к списку


© 2005-2012 Иркутская епархия Русской Православной Церкви Московского Патриархата

При использовании материалов сайта ссылка на источник обязательна, при публикации в сети интернет обязательна гиперссылка на официальный сайт Иркутской епархии

e-mail: Редакция сайта Иркутской епархии